Нажмите ESC для пропуска ролика
В Херонии, среди тел, пронзенных пиками и изуродованных мечами, были втоптаны в грязь надежды греческих городов-государств на независимость.
Наконец Филипп смог задуматься о захвате своей давней желанной цели на востоке: богатой персидской империи.
Однако его надежды неожиданно разом рухнули.
Всему виной — клинок убийцы, вонзившийся меж ребер Филиппа... «Лев Македонии» долго истекал кровью, одиноко лежа в пыли. Эту судьбу с ним разделит еще не мало приближенных...
Так и вышло, что на престол Македонии взошел никто иной, как Александр, которому едва-едва успело исполниться 20 лет.
Знать поклялась ему в верности — кто-то с радостью, кто-то неохотно; кто-то из чувства долга, а кто-то по расчету.
Некоторым не дали выбора, и их казнили по приказу нового царя, прежде чем они успели что-либо предпринять. Убийства, как видите, были своего рода неотъемлемой частью македонской политики.
Столь же обычным явлением была склонность северных соседей Македонии вторгаться всякий раз, когда умирал царь — как шакалы, они нападали на свежую тушу, пока лев не видит.
Возложив на свое чело сияющую королевскую диадему, Александр двинулся на север, где его ждало первое настоящее испытание.